Евгений Павлович Брандис 26 глава

Очевидно, вихри с дождём и снегом, напоминавшие смерч, натворили много бед на плато Кругозора. В особенности досталось мельнице и птичнику. Колонистам то и дело приходилось спешно чинить повреждения, спасая от смерти пернатых.

Часто в те деньки, когда разыгрывалась непогодица, ягуары, бродившие парами, и своры обезьян, подгоняемые голодом, подходили к плато Евгений Павлович Брандис 26 глава; самым ловким и смелым ничего не стоило перебраться через ручей, тем паче скованный льдом. Колонисты боялись, вроде бы от хищников не досталось огородам, полям и домашним животным, и всегда были настороже: часто приходилось выстрелами из ружья отгонять непрошеных гостей. Естественно кроме этих хлопот у зимовщиков всегда находилось огромное количество всяких дел Евгений Павлович Брандис 26 глава, ибо они непрестанно занимались благоустройством собственного жилья.

Время от времени, даже в эти прохладные деньки, они отчаливали поохотиться на Утиное болото. Гедеон Спилет и Герберт при помощи Юпа и Топа поднимали целые тучи уток, куликов, чирков, чибисов и шилохвостей и лупили их без промаха. Добраться до этих мест Евгений Павлович Брандис 26 глава, изобилующих дичью, было несложно — или по дороге, ведущей к порту Воздушного шара через реку Благодарения, или обогнув мыс Находки; словом, охотники удалялись от дома на две-три мили, не больше.

Так миновали четыре самых грозных зимних месяца — июнь, июль, август и сентябрь. Вообщем же жители Гранитного дворца не очень мучались Евгений Павлович Брандис 26 глава от непогодицы, так же как и жители кораля, который стоял не на таком открытом месте, как Гранитный дворец, и был с одной стороны защищён горой Франклина, а с других — лесами и высочайшим скалистым берегом; разбиваясь об эти преграды, шквалы теряли свою сокрушительную силу. Потому бури принесли коралю совершенно малозначительный Евгений Павлович Брандис 26 глава урон, и инициативный, опытный Айртон всё стремительно поправил, прожив там некоторое количество дней во 2-ой половине октября.

Никаких загадочных происшествий зимой на полуострове не случилось. Ничего таинственного не вышло, хотя Пенкроф и Наб готовы были созидать нечто загадочное в каждом пустяке. Топ и Юп больше не крутились Евгений Павлович Брандис 26 глава вокруг колодца и вели себя тихо. Цепь сверхъестественных явлений как будто оборвалась, хотя жители Гранитного дворца вечерами нередко гласили о их и не меняли решения обыскать весь полуостров, прямо до самых неприступных его уголков.

Но одно принципиальное событие, чреватое роковыми последствиями, в один момент нарушило все планы Сайреса Смита Евгений Павлович Брандис 26 глава и его товарищей.

Случилось это в октябре. Приближалась весна. Животворные лучи солнца обновили природу, и на опушке леса, посреди хвойных деревьев, уже зазеленели крапивные деревья, банксии, деодары.

Читатель помнит, что Гедеон Спилет и Герберт много раз фотографировали полуостров Линкольна.

В один прекрасный момент, дело было 17 октября, около трёх часов Евгений Павлович Брандис 26 глава полудня, Герберт решил пользоваться ясной погодой и запечатлеть на фото всю бухту Соединения, раскинувшуюся против Гранитного дворца от мыса Челюсть до мыса Коготь.

Чётко вырисовывалась линия горизонта, дул лёгкий ветерок, и море где-то покрылось лёгкой рябью, а вдалеке походило на безмятежно-спокойное озеро; то здесь, то там на его глади Евгений Павлович Брандис 26 глава вспыхивали калоритные блики.

Герберт поставил фотографический аппарат на подоконник в большенном зале Гранитного дворца, откуда раскрывался широкий вид на сберегал и бухту. Сделав по всем правилам снимок, парень пошёл проявить его в тёмный чулан.

А когда он возвратился и при ярчайшем свете рассмотрел негатив, то увидел, что на Евгений Павлович Брандис 26 глава полосы горизонта чернеет еле приметное пятнышко.

«Пластинка с изъяном», — помыслил Герберт.

Но всё же он решил разглядеть пятнышко в увеличительное стекло, вынутое из подзорной трубы.

Парень посмотрел на снимок и вскрикнул, чуток было не выпустив его из рук.

Вбежав в комнату, где работал Сайрес Смит, он протянул ему Евгений Павлович Брандис 26 глава негатив и лупу и указал на пятнышко.

Сайрес Смит всмотрелся в точку, черневшую на снимке, и, схватив подзорную трубу, ринулся к окошку. Он навёл трубу на подозрительное пятнышко. Рассмотрев его, он опустил руку и произнёс одно только слово:

— Корабль!

И вправду, на горизонте вырисовывался корабль.

Часть 3-я

Потаенна ОСТРОВА

ГЛАВА 1-ая

Смерть Евгений Павлович Брандис 26 глава либо спасение? — Срочный вызов Айртона. — Принципиальный спор. — Это не «Дункан». — Подозрительный корабль. — Нужно принять меры. — Корабль приближается. — Пушечный выстрел. — Бриг становится на якорь! — Пришествие ночи.

Два с половиной года прошло со знаменательного денька смерти воздушного шара, а его пассажирам, выброшенным на полуостров Линкольна, всё ещё не удалось установив связи с Евгений Павлович Брандис 26 глава наружным миром. В один прекрасный момент журналист попробовал пользоваться для этой цели птицей и, написав несколько слов, доверил крылатой вестнице тайну их исчезновения, но навряд ли можно было рассчитывать на то, что послание попадёт к людям. За эти годы только один Айртон, при уже узнаваемых читателям происшествиям присоединился Евгений Павлович Брандис 26 глава к малеханькой колонии. И вдруг нежданно-негаданно в денек 17 октября на вечно пустынной глади моря показалось судно!

Не могло быть и сомнения: в виду острова шёл корабль! Но пройдёт ли он мимо либо приблизится к острову? Через два-три часа всё выяснится.

Сайрес Смит и Герберт тотчас же позвали Спилета Евгений Павлович Брандис 26 глава, Пенкрофа и Наба в большой зал Гранитного дворца и поделились с ними новостью. Схватив подзорную трубу, Пенкроф поспешно осмотрел горизонт и нашел чёрную точку как раз в том месте, где на фотографической пластинке показывалось еле приметное пятнышко.

— Тыща чертей! Да это вправду корабль! — произнёс он без особенного, вобщем, экстаза Евгений Павлович Брандис 26 глава.

— А куда он направляется? В нашу сторону? — осведомился Гедеон Спилет.

— Тяжело что-либо утверждать, — ответил Пенкроф. — Пока из-за горизонта видны только мачты, а корпус ещё не показался.

— Что все-таки нам делать? — воскрикнул парень.

— Ожидать, — ответил Сайрес Смит.

Несколько часов колонисты хранили молчание, отдавшись бурному сгустку мыслей, эмоций Евгений Павлович Брандис 26 глава, страхов и надежд, порождённых этим происшествием, самым значимым со денька их прибытия на полуостров Линкольна.

Естественно, нельзя было ассоциировать наших колонистов с теми злосчастными жертвами крушения, которых море выбрасывает на бесплодный полуостров, где нужно отвоёвывать у мачехи-природы право даже на самое жалкое существование и где человека терзает неотступное Евгений Павлович Брандис 26 глава желание возвратиться на обитаемую землю. Сначала был бы огорчён разлукой со своим полуостровом Наб, ну и Пенкроф тоже, чувствовавшие себя тут такими счастливыми и обеспеченными. Оба они свыклись со своим новым существованием, они жили посреди собственных собственных владений, которые силою людского разума вроде бы приобщились к цивилизованному Евгений Павлович Брандис 26 глава миру. Но ведь корабль — это вести с континента, это, может быть, частица родины, и вот он сейчас с каждой минуткой приближается к ним, на его борту находятся люди, существа им подобные, — как было не затрепетать сердцам колонистов при виде этого судна.

Временами Пенкроф брал подзорную трубу и подходил к окну Евгений Павлович Брандис 26 глава. Отсюда он, напрягая всё своё внимание, всматривался в очертания судна, которое сейчас находилось в 20 милях к востоку от острова. Означает, нечего было и мыслить, что оттуда увидят сигналы. Поднять флаг? Но флаг не увидят, звуки выстрелов не услышат и не рассмотрят дыма костра.

Все же было совсем ясно, что полуостров, над Евгений Павлович Брандис 26 глава которым властвовала гора Франклина, не мог улизнуть от взгляда сигнальщиков, сидячих на мачте корабля. Но с какой стати судно пристанет к пустынному берегу? Разве не по незапятанной случайности очутилось оно в этой части Тихого океана, там, где на географических картах не указывается никаких земель, если не Евгений Павлович Брандис 26 глава считать островка Табор, ну и то он лежит в стороне от обыденного курса, которым следуют суда далекого плавания, направляющиеся к Полинезийским островам, к Новейшей Зеландии и берегам Америки?

Этот вопрос вставал перед каждым членом колонии, и ответил на него внезапно для всех Герберт.

— А вдруг это «Дункан»? — воскрикнул он.

Имя Евгений Павлович Брандис 26 глава «Дункан», как помнит читатель, носила яхта лорда Гленарвана, который высадил Айртона на островке Табор и был должен в какой-то момент возвратиться за ним. А ведь этот островок находится достаточно близко от острова Линкольна, и судно, державшее курс на полуостров Табор, так либо по другому пройдёт в виду Евгений Павлович Брандис 26 глава колонистов. Оба острова делит всего 100 50 миль по меридиану и 70 5 по параллели.

— Нужно предупредить Айртона и срочно вызвать его сюда, — увидел Гедеон Спилет. — Только он, один может нам сказать, «Дункан» это либо нет.

Все согласились с воззрением журналиста, и он, подойдя к телеграфному аппарату, связывавшему Гранитный дворец с коралем, выстукал Евгений Павлович Брандис 26 глава последующие слова:

«Приходите немедленно».

Через несколько мгновений раздался ответный звонок.

«Иду», — докладывал Айртон.

Колонисты вновь направили взгляды на корабль.

— Если это «Дункан», — произнес Герберт, — Айртон естественно, сразу его выяснит, ведь он сам плавал некое время на этой яхте.

— И если выяснит, — добавил Пенкроф, — вот-то взволнуется, бедолага.

— Да, — согласился Сайрес Смит Евгений Павлович Брандис 26 глава, — но сейчас Айртон может вступить на борт «Дункана» с гордо поднятой головой, и я от всего сердца желаю, чтоб это вправду оказалась яхта лорда Гленарвана, навряд ли другое судно может с хорошими намерениями явиться сюда! Недаром же эти места пользуются дурной славой, и я опасаюсь, вроде бы Евгений Павлович Брандис 26 глава нам не нанесли визит малайские пираты.

— Мы будем защищать наш полуостров! — воскрикнул Герберт.

— Естественно, дружок, но было бы лучше, чтоб нас не вынуждали к защите, — с ухмылкой увидел инженер.

— А понимаете что? — вдруг произнёс Гедеон Спилет. — Ведь полуостров Линкольна не нанесён на географические карты даже последних выпусков и, как следует, мореходам неизвестен Евгений Павлович Брандис 26 глава. И не кажется ли вам, Сайрес, что вот поэтому судно, случаем обнаружившее новейшую землю, быстрее предпочтёт исследовать её, ежели пройти минуя?

— Уместно сказано, — увидел Пенкроф.

— Полностью согласен с вами, — подтвердил инженер. — Можно даже поручиться, что хоть какой капитан сочтёт прямым своим долгом отметить, а означает, и исследовать Евгений Павлович Брандис 26 глава землю, ещё не внесённую на карту, а наш полуостров как раз и является таковой неведомой географам территорией.

— Ну отлично, — увидел Пенкроф, — представим, что судно подойдёт сюда, станет на якорь в нескольких кабельтовых от острова, что все-таки мы тогда предпримем?

Общее молчание было ответом на этот вопрос, поставленный в упор. Но Евгений Павлович Брандис 26 глава после недолгого размышления Сайрес Смит произнёс своим обыденным размеренным тоном:

— Вот что мы предпримем, друзья, вот что мы должны сделать: мы установим связь с кораблём и покинем наш полуостров, водрузив тут флаг Соединённых Штатов. А потом мы вернёмся назад в сопровождении тех, кто выразит согласие последовать за нами, чтоб Евгений Павлович Брандис 26 глава перевоплотить наш полуостров в колонию и принести в дар Американской республике новый и очень нужный клочок земли в этой части Тихого океана.

— Ур-ра! — заорал Пенкроф. — Да, мы создадим нашей родине хороший подарок. Освоение острова уже практически закончено, все части его окрещены, тут имеется естественная гавань, тут есть источники Евгений Павлович Брандис 26 глава пресной воды, красивые дороги, телеграфная линия, верфь и даже фабрика, означает, остаётся только одно — нанести полуостров Линкольна на карту!

— А вдруг во время нашего отсутствия кто-либо присвоит для себя наш полуостров? — увидел Гедеон Спилет.

— Чёрта с два! — воскрикнул мореплаватель. — Я тут останусь и буду его Евгений Павлович Брандис 26 глава самолично охранять, и уж поверьте Пенкрофу, у меня полуостров не украдут так походя, как часы из кармашка у задремавшего простака.

Прошёл ещё час, но всё не представлялось способности найти, приближается ли судно к острову Линкольна, либо нет, и если приближается, то с какой скоростью. Этого Пенкроф не мог установить. Но, так как Евгений Павлович Брандис 26 глава дул норд-ост, естественно было представить, что судно идёт правым галсом. К тому же ветер гнул корабль к острову, ну и при таком умеренном море можно было без опасения приблизиться к берегу, хотя глубины в этих местах не нанесены на карту.

В четыре часа, ровно через час после Евгений Павлович Брандис 26 глава вызова, в Гранитный дворец явился Айртон.

— К вашим услугам, господа, — произнес он, входя в зал.

Сайрес Смит протянул ему, как и обычно, руку и, подведя к окну, произнес:

— Мы вызвали вас, Айртон, по принципиальному делу. В виду острова находится судно.

В 1-ый момент Айртон немного побледнел, и Евгений Павлович Брандис 26 глава в очах его мелькнула тревога. Он выглянул в окно, внимательной оглядел горизонт, но ничего не увидел.

— Возьмите подзорную трубу, — произнес Гедеон Спилет, — и поглядите хорошо, Айртон; может быть, что это «Дункан», он возвратился в эти воды, чтоб отвезти ва на родину.

— «Дункан»! — пробормотал Айртон. — Так скоро!

Эти слова сорвались с губ Евгений Павлович Брандис 26 глава Айртона против его воли, и он умолк, уронив голову на руки.

Неуж-то долгие двенадцать лет, проведённые в одиночестве на пустынном полуострове, не искупили, по воззрению самого Айртона, его вины? Неуж-то раскаявшийся правонарушитель не простил для себя собственных злодеяний и не веровал, что его простили другие Евгений Павлович Брандис 26 глава?

— Нет, — пробормотал он, — нет, это не может быть «Дункан».

— А вы поглядите хорошо, Айртон, — произнес инженер, — принципиально знать заблаговременно, с кем имеешь дело.

Айртон взял трубу и навёл её в обозначенном направлении. В течение нескольких минут он бездвижно, безгласно вглядывался в горизонт, потом произнёс:

— Да, это вправду судно; но полагаю, что не Евгений Павлович Брандис 26 глава «Дункан».

— Почему же не «Дункан»? — спросил Гедеон Спилет.

— Так как «Дункан» — паровая яхта, а я при всём желании не могу найти даже полосы дыма ни над кораблём, ни за ним.

— А может быть, он идёт только под парусами, — увидел Пенкроф. — Ветер способствует взятому курсу, а мореплавателям, естественно, прибыльнее сберегать Евгений Павлович Брандис 26 глава уголь, — где же здесь восполнить припасы горючего, когда кругом и земли-то нет.

— Может быть, что вы правы, мистер Пенкроф, — ответил Айртон, — и на судне вправду погасили топки. Пускай оно подойдёт ближе к берегу, тогда всё выяснится.

Прямо за этим Айртон отошёл в угол зала, сел там Евгений Павлович Брандис 26 глава и умолк. Он даже не принял роли в горячем споре, разгоревшемся по поводу таинственного корабля.

Взволнованные происшедшим, колонисты были просто не в состоянии возвратиться к прерванной работе. В особенности нервничали Гедеон Спилет и Пенкроф. Они практически не могли усидеть на месте и измеряли зал повдоль и поперёк большими шагами. Герберт сгорал Евгений Павлович Брандис 26 глава от любопытства. Один только Наб хранил своё обыденное спокойствие. Ведь родной край для него был там, где находится Сайрес Смит, его владелец. Инженер посиживал погруженный в свои думы и в глубине души, пожалуй, быстрее боялся, ежели вожделел, чтоб корабль пристал к берегу.

Тем временем судно несколько Евгений Павлович Брандис 26 глава приблизилось к острову. В подзорную трубу уже можно было рассмотреть, что это корабль далекого плавания, а не тот малайский «прао», на котором тихоокеанские пираты обычно пускаются в путь. Дозволительно было мыслить, что сумрачные предчувствия инженера не подтвердятся и что возникновение этого корабля в водах, омывающих полуостров Линкольна, не угрожает колонистам никакой угрозой Евгений Павлович Брандис 26 глава. Пенкроф опять пристально оглядел неведомый корабль и заявил, что, судя по оснастке, это бриг, что идёт он к берегу наискось, правым галсом, под марселями и брамселями. Айртон подтвердил слова мореплавателя.

Но если судно не замедлит хода, то скоро оно спрячется за оконечностью мыса Коготь, ибо идёт оно Евгений Павлович Брандис 26 глава на юго-запад тогда и последующие наблюдения придётся вести с возвышенности у бухты Вашингтона близ порта Воздушного шара. Событие очень обидное, тем паче что уже было около 5 часов и вечерние сумерки, естественно, помешают наблюдениям.

— Что все-таки нам делать ночкой? — гласил Гедеон Спилет. — Может быть, зажжём костёр и Евгений Павлович Брандис 26 глава дадим знать мореплавателям, что тут находятся люди?

Журналист задал своим друзьям сложный вопрос, и, хотя наизловещие предчувствия Сайреса Смита ещё не полностью рассеялись, всё же решено было зажечь костёр. Ведь ночкой корабль может скрыться, уйти навечно, и непонятно, появится ли опять в водах Линкольна какое-нибудь другое судно. А Евгений Павлович Брандис 26 глава ведь кто знает, какие неожиданности уготовила колонистам судьба?

— Да, — повторил журналист, — мы должны сообщить этому судну, кто бы на нём ни находился, что на полуострове есть люди. Если мы не воспользуемся единственным представившимся нам случаем, то, может быть, горько пожалеем об этом потом.

Итак, было решено, что Наб и Евгений Павлович Брандис 26 глава Пенкроф отправятся в порт Воздушного шара и, как спустится ночь, разожгут большой костёр, пламя которого, непременно, привлечёт внимание экипажа брига.

Но когда Наб и мореплаватель собрались покинуть Гранитный дворец, судно вдруг изменило направление, оно пошло прямо к острову, держа курс на бухту Соединения. Видимо, бриг принадлежал к числу быстроходных, ибо расстояние Евгений Павлович Брандис 26 глава меж ним и берегом приметно уменьшалось.

Наб и Пенкроф задержались в Гранитном дворце, а Айртону вручили подзорную трубу с просьбой найти, в конце концов, «Дункан» это либо нет. Ведь шотландская, яхта тоже имела оснастку брига. Как следует, речь шла о том, чтоб установить, имеется ли труба меж 2-ух Евгений Павлович Брандис 26 глава мачт судна, которое находилось сейчас на расстоянии 10 миль от берега.

Вечерние сумерки ещё не покрыли небосклон, что облегчало наблюдение. Айртон опустил трубу и веско повторил:

— Нет, это не «Дункан»! Ну и не может это быть «Дункан»!

Сейчас Пенкроф изловил судно в поле зрения подзорное трубы и сказал товарищам Евгений Павлович Брандис 26 глава, что бриг этот водоизмещением от трёхсот до четырёхсот тонн, что он отлично построен и оснащён, — словом, что это один из быстроходнейших кораблей, какие только бороздят моря. А вот какой национальности он принадлежит, пока сказать ещё тяжело.

— Правда, на флагштоке полощется вымпел, — добавил мореплаватель, — только я никак не могу различить цвета.

— Через полчаса Евгений Павлович Брандис 26 глава, самое большее, мы всё узнаем, — увидел журналист. — Совсем ясно, что капитан корабля хочет пристать к берегу, а означает, не сейчас завтра мы с ним познакомимся.

— Так оно так! — произнес Пенкроф. — И всё же; куда лучше заблаговременно знать, с кем имеешь дело. По правде говоря, я бы не Евгений Павлович Брандис 26 глава прочь уже на данный момент рассмотреть флаг корабля.

Ведя беседу с журналистом, Пенкроф не отрывал глаз от подзорной трубы.

Денек клонился к закату, и совместно с последними лучами солнца равномерно затихал ветер. Вымпел, развевавшийся на флагштоке, повис как тряпка, запутался в фалах, рассмотреть, какого он цвета, стало ещё Евгений Павлович Брандис 26 глава сложнее.

— Нет, это, естественно, не южноамериканский флаг, — говора Пенкроф, — ну и не британский, на британском флаге красноватое поле сходу оказывается на виду; не похоже, чтоб здесь были цвета французского либо германского флага; с другой стороны, это и не белоснежный морской российский флаг, и не жёлтый испанский… Быстрее он одноцветный… А ну… какие Евгений Павлович Брандис 26 глава же в этих морях могут попасться флаги?.. Чилийский?.. Да нет, он трёхцветный… Бразильский?.. Он зелёный… Японский? Он жёлтый с чёрным… а этот…

В эту минутку ветер надул таинственный флаг. Айртон выхватил из рук мореплавателя трубу, которую тот как раз опустил, приставил её к глазу и, вглядевшись, кликнул сдавленным голосом Евгений Павлович Брандис 26 глава:

— Чёрный!

По правде, на флагштоке корабля плескалось тёмное полотнище, и сейчас имелись все основания считать этого вторженца подозрительным!

Стало быть, предчувствия не околпачили инженера? Означает, это разбойничье судно? Означает, оно пиратствует тут, в южных водах Тихого океана, соперничая с малайскими «прао», всё ещё бесчинствующими в этих Евгений Павлович Брандис 26 глава широтах? Для чего намеревается этот корабль пристать к острову Линкольна? Может быть, он выбрал эту никому не ведомую, позабытую людьми землю в качестве надёжной хранительницы награбленных им сокровищ? Либо, может быть, он отыскивает тут тихой гавани, пристанища от зимних бурь? Неуж-то предначертано славным владениям колонистов стать скверным притоном, резиденцией пиратов Евгений Павлович Брандис 26 глава Тихого океана?

Вое эти мысли невольно появились у каждого. Как досадно бы это не звучало, очень ясно было, чем угрожала встреча с чёрным флагом. Чёрный флаг — флаг пиратов! И таковой флаг был бы водружён на мачте «Дункана», если б каторжникам удалось выполнить их злодейский план!

Нельзя было терять ни Евгений Павлович Брандис 26 глава минутки.

— Друзья, — начал Сайрес Смит, — может быть, что этот корабль желает только издалече оглядеть полуостров. Может быть, его экипаж не сойдёт на сушу. Будем надежды на это. Вроде бы то ни было, мы должны скрыть все признаки нашего пребывания тут, на полуострове. В особенности оказывается на виду Евгений Павлович Брандис 26 глава мельница, установленная на плато Кругозора. Пусть Айртон и Наб пойдут и снимут с неё крылья. Окна Гранитного дворца укроем ветвями. Огни нужно потушить. Пусть ничто не выдаст присутствия человека на этом полуострове!

— А наш корабль? — спросил Герберт.

— Ничего, — ответил Пенкроф, — он спрятан в порту Воздушного шара. Ручаюсь, что эти головорезы Евгений Павлович Брандис 26 глава его не отыщут.

Приказания инженера были немедля выполнены. Наб и Айртон пошли на плато и приняли все меры, чтоб скрыть там всякие следы пребывания человека. Пока они трудились, их товарищи направились к опушке леса Жакамара и принесли оттуда большие охапки ветвей и лиан, которые издалече могли сойти за естественную Евгений Павлович Брандис 26 глава растительность, и надёжно укрыли ими проёмы окон, пробитых в гранитной стенке. Боевые запасы и орудие разложили с таким расчётом, чтоб всё было под рукою на случай неожиданного нападения.

Когда изготовления были окончены, Сайрес Смит обратился к колонистам.

— Друзья, — произнес он, и в голосе его прозвучало волнение, — если эти проходимцы Евгений Павлович Брандис 26 глава осмелятся поруха на полуостров Линкольна, мы дадим им достойный отпор, не так ли?

— Да, Сайрес, — ответил за всех журналист, — и если необходимо, падём в бою, защищая наш полуостров!

Инженер протянул руку своим товарищам, и те с жаром ответили на его пожатие.

Один только Айртон молчком стоял в углу, только он Евгений Павлович Брандис 26 глава не присоединился к иным колонистам. Может быть, он прошлый правонарушитель, считал себя недостойным этого рукопожатия!

Сайрес Смит сообразил, что творится в душе Айртона, и подошёл к нему.

— А вы, Айртон, — спросил инженер, — что вы хотят делать?

— Делать собственный долг, — ответил Айртон.

Потом он занял наблюдательный пост у Евгений Павлович Брандис 26 глава окна и устремил взор на море, полускрытое заавесью веток.

Было уже половина восьмого, минут 20 вспять солнце скрылось за горизонтом сзади Гранитного дворца, и восток равномерно темнел. Бриг тем временем как и раньше держал курс на бухту Соединения. Он находился уже на расстоянии менее восьми миль и был на траверзе плато Кругозора, потому Евгений Павлович Брандис 26 глава что, сделав поворот у мыса Коготь, уклонился к северу, подхваченный приливом. В сути, бриг уже вошёл в бухту, ибо, если провести прямую линию от мыса Коготь до мыса Челюсть, она прошла бы к западу от его правого борта.

Зайдёт ли бриг в глубь бухты? Вот какой вопрос в Евгений Павлович Брандис 26 глава особенности тревожил колонистов. А зайдя в бухту, бросит ли он там якорь? Этот вопрос тоже истязал их. Может быть, он ограничится только осмотром побережья и уйдёт в открытое море, не высадив на сушу экипажа? Ответ на этот вопрос будет дан меньше чем через час. Колонистам оставалось, таким макаром, только Евгений Павлович Брандис 26 глава одно — ожидать.

Сайрес Смит с нескрываемой опаской задумывался о подозрительном бриге, на мачте которого развевался чёрный флаг. Неуж-то он несёт с собой опасность их общему делу, делу их колонии, всему, чего они смогли достигнуть своим трудом? Неуж-то пираты — сейчас уже не оставалось сомнения в том, что Евгений Павлович Брандис 26 глава экипаж брига состоит из морских разбойников, — посещали и ранее этот полуостров? По другому, подплывая к нему, они не стали бы подымать флаг. Высаживались ли они до этого на его сберегал? Если да, то это пролило бы свет на некие пока ещё таинственные происшествия. Уж не укрываются ли где-нибудь Евгений Павлович Брандис 26 глава на неисследованной части острова их сообщники, которые только и ожидают посадки, чтоб присоединиться к своим дружкам?

Ни на один из этих вопросов, которые Сайрес Смит задавал для себя на уровне мыслей, он не находил ответа; он осознавал только, что прибытие пиратского брига ставит колонистов перед лицом серьёзной угрозы Евгений Павлович Брандис 26 глава.

Все же его товарищи и он сам твёрдо решили сопротивляться до последней способности. Как велико количество пиратов, превосходят ли они численностью колонистов, как лучше вооружены вторженцы — вот что нужно было выяснить сначала! Но как добраться до брига?

Спустилась ночь. Юный месяц, померкший в лучах заката, уже пропал с небосклона. Глубочайший Евгений Павлович Брандис 26 глава мрак кутал полуостров и море. Тяжёлые тучи обложили горизонт, не пропуская ни одного луча света. С пришествием сумерек ветер совершенно стих. На деревьях не шелестела листва, ленивые волны бесшумно набегали на сберегал. Корабль пропал во тьме, огни на нём затушили, и если он как и раньше шёл поблизости острова, уже нереально Евгений Павлович Брандис 26 глава было найти его местопребывание.

— Э, как знать, — произнёс Пенкроф. — Может, этот окаянный бриг уйдёт ночкой и с утра мы и следа его не найдем.

Вроде бы в ответ на замечание мореплавателя, над морем блеснула колоритная вспышка и раздался пушечный выстрел.

Бриг был как и раньше тут Евгений Павлович Брандис 26 глава и имел на борту артиллерийские орудия.

Меж вспышкой огня и звуком выстрела прошло 6 секунд.

Итак, бриг находился на расстоянии мили с четвертью от берега.

И в ту же минутку до колонистов донёсся лязг цепей, с грохотом спускавшихся через клюзы.

Судно бросило якорь неподалёку от Гранитного дворца.

ГЛАВА 2-ая

Совещание. — Предчувствие. — Предложение Айртона. — Предложение Евгений Павлович Брандис 26 глава принято. — Айртон и Пенкроф на островке Спасения. — Норфолкские каторжники. — Их планы. — Геройская попытка Айртона. — Возвращение. — Шестеро против пятидесяти.

Сейчас уже не оставалось ни мельчайшего сомнения относительно последующих целей пиратов. Они стали на якорь близ острова и, естественно, завтра на шлюпках попробуют достигнуть берега.

Сайрес Смит и его Евгений Павлович Брандис 26 глава товарищи готовы были действовать, но при всей собственной решимости они соблюдали осторожность. Их присутствие не будет найдено в этом случае, если пираты, высадившись, ограничатся осмотром береговой полосы и не сочтут необходимым просочиться в глубь острова. Кто знает, может быть, они и взаправду желают только запастись пресной водой в Евгений Павлович Брандис 26 глава реке Благодарения и, может быть, не увидят ни моста, переброшенного через реку в полутора милях от устья, ни признаков хозяйничания человека в Трущобах?

Но ради чего они тогда подняли на мачте чёрный флаг? Ради чего стреляли из пушки? Естественно, из незапятнанного бахвальства, если только этот выстрел не означал, что с Евгений Павлович Брандис 26 глава этого момента они, новоприбывшие, — хозяева острова. Сайрес Смит знал сейчас, что бриг вооружён, как говорится, до зубов. А чем могут ответить колонисты острова Линкольна пиратским пушкам? Ружейными выстрелами, и только.

— И всё же, — увидел Сайрес Смит, — к нам так просто не приступишься. Сейчас, когда отверстие прежнего водостока надёжно укрыто Евгений Павлович Брандис 26 глава камышом и травкой, неприятель не сможет его найти, а как следует, и просочиться в Гранитный дворец.

— А наши плантации, наш птичий двор, наш кораль, наши мастерские, всё наше добро! — заорал Пенкроф и даже топнул ногой. — Да они всё убьют, всё разрушат за какие-нибудь два-три часа.

— Может Евгений Павлович Брандис 26 глава быть, что и так, Пенкроф, — ответил Сайрес Смит, — но мы бессильны им помешать.

— Много ли их? Вот в чём вопрос, — добавил журналист. — Если их не больше 10-ка, мы с ними справимся, а вот если их 40, 50 либо ещё больше, тогда…

— Мистер Смит, — вдруг произнёс Айртон, подходя к инженеру, — я желаю попросить Евгений Павлович Брандис 26 глава вас… Разрешите мне…

— Что конкретно, друг мой?

— Разрешите мне пробраться на бриг и выяснить, какова численность его экипажа.

— Но, Айртон, — нерешительно сделал возражение инженер, — ведь это означает рисковать собственной жизнью.

— А почему бы и нет, мистер Смит?

— Это уж больше, ежели выполнить собственный долг.

— Я и должен сделать больше Евгений Павлович Брандис 26 глава, ежели просто выполнить долг, — ответил Айртон.

— Вы желаете добраться до судна на пироге? — осведомился Гедеон Спилет.

— Нет, я желаю пуститься вплавь. Человек просто проскользнёт там, где не пройдёт пирога.

— А вы понимаете, что до брига миля с четвертью? — спросил Герберт.

— Я ведь неплохой пловец, мистер Герберт.

— Но, повторяю, вы рискуете Евгений Павлович Брандис 26 глава жизнью, — увидел инженер.

— Ну и что из этого, — сделал возражение Айртон. — Я прошу у вас разрешения, как милости, мистер Смит. Для меня, может быть, это единственная возможность возвратить для себя чувство собственного плюсы.

— Что ж, отчаливайте, Айртон, — произнес инженер; он осознавал, что отказ нескончаемо огорчил бы бывшего правонарушителя, ставшего добросовестным Евгений Павлович Брандис 26 глава человеком.

— Я пойду с вами, — вдруг предложил Пенкроф.

— Вы мне не доверяете! — воскрикнул Айртон и смиренно добавил: — Что ж, я это заслужил.

— Да нет же, нет, — с жаром воскрикнул Сайрес Смит, — нет, Айртон! Пенкроф не колеблется в вас. Вы просто не сообразили его.

— Правильно, — подтвердил мореплаватель Евгений Павлович Брандис 26 глава, — я только вот что желал предложить Айртону — проводить его до островка. Кто знает, уж не высадился ли на сушу кто-либо из этих головорезов, и два человека, естественно, лучше, чем один, помешают им поднять тревогу. Я подожду Айртона на островке, а на бриг он отправится без нас, ведь он Евгений Павлович Брандис 26 глава 1-ый предложил это.

Предложение Айртона было принято, и он начал готовиться к походу. Как ни дерзок был его план, но под покровом ночной мглы он мог увенчаться фуррором. Айртон рассчитывал, добравшись вплавь до судна, уцепиться за ватер-штаги либо за вант-путенсы и попробовать найти численность экипажа и разузнать Евгений Павлович Брандис 26 глава намерения пиратов.

В сопровождении других колонистов Айртон и Пенкроф спустились на сберегал. Айртон разделся и натёр всё тело жиром, что, как понятно, позволяет человеку легче переносить низкую температуру. А ведь кто знает, может быть, придётся провести в прохладной воде не один, час.


evolyucionnij-podhod-v-sisteme-ocenki-adaptivnih-vozmozhnostej-organizma-cheloveka-statya.html
evolyucionno-geneticheskaya-koncepciya-proishozhdeniya-etiki-referat.html
evolyucionnoe-razvitie-informacionnoj-modeli-upravleniya-osnovnie-zapadnie-standarti.html